Павел Челищев один из основателей европейского авангарда

Выставка Павла Челищева

Выставка Павла Челищева

В Москве сегодня открывается уникальная выставка. На ней собраны картины , представляющие разные периоды его творчества. Художник, который вынужден был эмигрировать во время революции, стал одним из основателей европейского авангарда. Многие его полотна долгие годы хранились в частных коллекциях и лишь сейчас стали доступны российской публике.

Чем меньше солнечного света, тем больше можно здесь увидеть. Логичный парадокс персональной выставки. Отсюда камерность, интимность и приглушенность в залах. Его картины больше похожи на книги. Есть новеллы — маленькие рассказы, есть романы, но чаще его произведение, как философская повесть.

Его можно трактовать до бесконечности. Фата-моргана. Вроде бы пейзаж. Или Силуэт. Один, второй и так до самого горизонта. Эти его творения так и называют — пейзажи-метаморфозы. Издалека — зеленый лев, чуть ближе — дети, колосья пшеницы. Или вот снежный тигр и каменный кот. И птица-феникс тоже, наверное, что-то скрывает. Это что-то трудно понять, он ищет как. И экспериментирует с ракурсами, фактурой, формой и даже смыслами. Грустный художник в 30, в 40-х — глубокий философ. Когда он умрет от инфаркта, ему не будет еще 60-ти. До этого он буквально разберет человека по клеточкам. Это внутренние пейзажи. И совсем растворит его в сплетениях света, предметов и явлений.

«Волна интереса к живописи русской эмиграции в последние 10 лет захлестнула рынок, умы, всех вокруг, но действительно перлов все-таки очень немного, таких имен, которые действительно сверкают, вот Челищев он сверкает!», — говорит организатор выставки Наталия Курникова.

Так ярко и так часто никто не использовал красный. Это не просто портрет — признание в любви, пьянящая страсть. Это тоже признание. Вокруг красавицы на жестовом языке закодировано ее имя — Руфь Форд – актриса, женщина, которая соберет и будет до последнего дня хранить все его работы. Благодаря ей сегодня большая их часть, попав в частные российские коллекции, вернулась на родину художника. Он не писал, а скорее описывал. Сергей Лифарь в костюме принца к «Лебединому озеру». Портрет не человека — мощи искусства. Про этот другой художник сказал бы девочка с собачкой. У Челищева это девочка с бабочками и тенью-птицей. В княжне Наталье Полей он видел птичью красоту, а в женщине северной Африки, похоже, Мадонну.

«Я рад, что галерея смогла собрать такую выставку, это уникальная музейная выставка», — считает заведующий отделом новейших течений Государственного Русского музея Александр Боровский.

Его любили галеристы всех времен и континентов. В 1942-м он выставлялся в Музее современного искусства в Нью-Йорке, его ценили при жизни, пытались поставить в ряд художников то одного направления, то другого, но так и не смогли постичь целиком. Слишком мистичен. Слишком многое впитал от запада, живя в Германии, Франции, Америке, Италии. Слишком мистичен — это наше, говорят в России — от русского Серебряного века. И значит, не надо пытаться понять, гораздо точнее — прочесть ощущения.

1

1

2

2

4

4

Александр Боровский

Александр Боровский

Наталья Курникова

Наталья Курникова

 

 

 

 

 

 

источник

Метки: , , . Закладка Постоянная ссылка.